Уникальные башни в Солнечногорске признаны выявленными объектами культурного наследия

Главное управление культурного наследия Московской области, рассмотрев заявление ВООПИиК, включило комплекс водонапорных башен на станции Подсолнечная Октябрьской железной дороги в перечень выявленных объектов культурного наследия.

Соответствующее распоряжение опубликовано на сайте Управления. Одновременно опубликован акт государственной историко-культурной экспертизы об обеспечении сохранности башен при проектировании и строительстве подземного перехода через железнодорожные пути.

Московское областное отделение ВООПИиК, а также наши коллеги из общественного движения Архнадзор, совместно выступившие авторами заявления о постановки железнодорожных башен на охрану, приветствуют данное решение. Мы также подтверждаем нашу готовность организовать проведение государственной историко-культурной экспертизы по включению выявленного объекта в Единый реестр объектов культурного наследия.

Вместе с этим хотим опровергнуть появившуюся на сайте администрации Солнечногорского района и в ряде публикаций информацию о том, что ВООПИиК якобы выступает за разборку и перенос башен «в целях их сохранения». Напротив, Московское областное отделение ВООПИиК считает, что башни могут быть сохранены только in situ, их нахождение на историческом месте никак не препятствует строительству подземного перехода. Подземный переход под железнодорожными путями действительно нужен городу, поскольку существующий надземный переход (мост) находится в аварийном состоянии. Башни, выстроенные в 1843-1851 годах, конструктивно никак не связаны с существующим мостом, построенным в 1959 году, и не мешают его разбору. Это подтверждается и новым проектом строительства пешеходного тоннеля и вышеуказанным актом историко-культурной экспертизы на данный проект.

В рамках строительства перехода и благоустройства станции башни могут быть отреставрированы и им придумано новое функциональное использование. ВООПИиК готов участвовать в обсуждении дальнейшего использования башен, привлекать к обсуждению экспертов и архитекторов.

Напомним, что ранее башни планировалось снести в рамках проекта благоустройства территории станции Подсолнечная, за снос башен активно выступала администрация Солнечногорского района. 7 марта 2017 года Московское областное отделение ВООПИиК и координатор ОД «Архнадзор» направили в Главное управление культурного наследия Московской области заявление о включении башен в Единый государственный реестр объектов культурного наследия. Также письма о недопустимости сноса башен были разосланы в РЖД, Главгосэкспертизу, Администрацию Солнечногорского района и другие инстанции. Председателю Солнечногорского отделения МОО ВООПИиК Михаилу Воробьеву несколько месяцев пришлось доказывать местным властям, что сохранение башен никак не помешает строительству нового перехода.

Петербурго-Московская железная дорога – первая железнодорожная магистраль России, построенная по личному распоряжению императора Николая I. В её сооружении принимали участие крупнейшие специалисты своего времени, главным архитектором дороги был крупнейший российский зодчий Константин Андреевич Тон, автор проектов Храма Христа Спасителя и Большого Кремлевского дворца. Дорога строилась как единый грандиозный инженерно-архитектурный ансамбль, не имевший аналогов в мировой практике.

Водонапорные башни на станции Подсолнечная строились под руководством К.А. Тона и являются одним из двух сохранившихся подобных комплексов на протяжении всей дороги и единственным на территории Московской области. Эти башни – редчайшие примеры технических железнодорожных построек, они имеют колоссальную ценность как подлинные свидетельства развития железнодорожной техники в период возникновения и становления Российских железных дорог. Их особенность – в парности, расположенные по бокам полотна, они играют роль своеобразных железнодорожных пропилей, ворот в город. Через несколько лет после их сооружения технология устройства водонапорных башен на железных дорогах была изменена, стали строить одиночные сооружения, часто – в стороне от путей.

 

Башни полностью сохранили свою объёмно-планировочную структуру, конструктивные детали и элементы декора, находятся в удовлетворительном состоянии, используются как вспомогательные помещения железной дороги. Они, без сомнения, являются «визитной карточкой» города Солнечногорска и настоящим украшением города, практически не сохранившим исторических зданий. Мы надеемся, что в ближайшем времени башни получат надлежащую охранную документацию и будут включены в Реестр объектов культурного наследия.


Московское областное отделение ВООПИиК сообщает: новые правила застройки угрожают историческому Звенигороду

Разработчики правил землепользования и застройки (ПЗЗ), определяющего, каким быть городу, судя по всему забыли, что Звенигород прежде всего – исторический город. Планируемое строительство неизбежно исказит его исторический облик, и так уже пострадавший от бесконечной застройки.

В вынесенном на публичные слушания проекте вообще нет раздела, посвященного историко-культурному наследию. На сопутствующие карты даже не нанесены памятники археологии, которых на территории городского округа почти полсотни. И на их месте непонятным образом появляются районы застройки. Напоминаем, что проект зон охраны объектов культурного наследия, разработанный для Звенигорода еще в 2013 году и согласованный всеми ведомствами, до сих пор намеренно не утверждается Правительством Московской области. Вместо полноценных зон охраны в проекте ПЗЗ памятникам “нарисованы” лишь 100-метровые защитные зоны, а это – совершенно разные вещи с точки зрения планировки города.

Необходимо отметить, что проект сделан непрофессионально. Множество грубых фактических ошибок. Еще хуже то, что проект, если будет принят, легализует преступный захват земель местной мафией. Например, участки, попавшие незаконно в собственность кипрским офшорам, нарезаны на месте парка Юбилейный, который сажали всем городом в 70-х годах. На кадастровый учет их незаконно поставили с разрешением малоэтажного строительства, и теперь это будет узаконено.

И конечно, предполагается, что город “резиновый”. Запланированная застройка в разы увеличит население города. И это при том, что социальная инфраструктура от электроснабжения до канализации, от поликлиник до школ уже не справляется с наплывом новоселов. Да и работы в городе нет, все предприятия ликвидированы, а их участки застроены многоэтажным жильем.

На то, чтобы разобраться с материалами, жителям отвели 10 дней. Главархитектура Московской области спешит, закон требует принять ПЗЗ по всей стране к 1 июля. Чтобы обойти закон, отведящий на подготовку к публичным слушаниям от 2-х до 4-х месяцев, проект, охватывающий ВЕСЬ город, преподносится как проект на ЧАСТЬ города, выводя из него около 2% спорных территорий. А на часть территории весь процесс по закону укладывается в месяц.

Жители, изучив проект пришли в ужас. Многие напишут замечания и придут на слушания. Но по закону публичные слушания имеют рекомендательный (читай «необязательный») характер. Скорее всего, с мнением жителей очередной раз не посчитаются.

Такого же качества документы, где отсутствуют объекты культурного наследия и на месте охранных зон нарисована застройка, сейчас вынесены на слушания по всему Подмосковью. Слушания проходят с огромными нарушениями, на них на автобусах привозится организованная массовка, выступающая в поддержку застройки.

Адрес: г.о. Звенигород, ул. Почтовая, д. 16/7, городская библиотека.

Время: 09 июня 2017, 10:00–13:00 или 15:00–18:00

Контакты Звенигородского отделения МОО ВООПИиК:

8-926-823-89-04, Мария


Общество изучения русской усадьбы просит спасти парк усадьбы «Опалиха-Алексеевское»

Письмо ОИРУ с просьбой не допустить лишения охранного статуса уникального парка XVIII-XIX вв. направлено начальнику Главного управления культурного наследия Московской области Валерии Березовской.

Также обращение с просьбой не допустить утраты объекта культурного наследия направлено советнику Президента Российской Федерации Владимиру Толстому.

Письма подписали члены Правления и члены ОИРУ, известные ученые, архитекторы, искусствоведы, исследователи усадебного наследия, среди которых:

Ю.А.Веденин, д.г.н., один из основателей РНИИ культурного и природного наследия имени Д.С.Лихачёва, заместитель председателя Союза краеведов России, научный руководитель «Школы наследия»;

М.В.Нащокина, доктор искусствоведения, член-корреспондент РААСН, заслуженный архитектор РФ, член Союза архитекторов РФ, почетный член Союза реставраторов, главный научный сотрудник НИИТИАГ;

Л.А.Перфильева, ведущий искусствовед АО «Институт по реставрации памятников истории и культуры «Спецпроектреставрация», член Московского союза архитекторов;

М.А.Полякова, к.и.н., доцент факультета истории искусств РГГУ;

Э.Л.Базарова, кандидат архитектуры, профессор кафедры Всеобщей истории искусств Российской академии живописи, ваяния и зодчества И.Глазунова;

Г.Д.Злочевский, к.т.н., член Союза писателей Москвы и Национального союза библиофилов;

В.И.Новиков, к.ф.н., член Союза писателей России и Международной федерации журналистов;

А.В.Чекмарев, искусствовед, старший научный сотрудник отдела истории архитектуры и градостроительства Нового времени НИИТИАГ;

В.А.Киприн, известный исследователь исторической Москвы, краевед, ведущий архитектор мастерской № 20 «Моспроект-2» им. М. В. Посохина, член комиссии «Старая Москва» и многие другие.

Ведущие специалисты по усадебному наследию России подчеркивают ценность и уникальность парка в Опалихе: «Это регулярный парк с поразительным по красоте и единственным в своем роде планом, увязывающим в единую композицию эффектный рисунок старинных липовых аллей и два геометрически правильных пруда (один с островом). Описание этой усадьбы члены ОИРУ составили еще в 1920-е гг., особо отметив «хорошо сохранившийся французский парк с прудами» («Памятники усадебного искусства. Московский уезд». М., 1928). Сохранность и ценность усадебного парка, его дошедшую до наших дней планировку с прудами подчеркивали и все последующие исследователи. Авторы знаменитого каталога «Памятники архитектуры Московской области» обоснованно заключили, что парк Опалихи не имеет аналогий. Действительно, пространственная структура этого парка отличается редкой гармонией, фиксирующей высокий художественный уровень русских регулярных парков в целом».

Выводы экспертизы, на основании которой Главное управление культурного наследия Московской области планирует лишить парк охранного статуса, по мнению авторов письма «продиктованы желанием открыть дорогу ЗАО «Сити-XXI век» к вырубке парка и засыпке прудов для застройки его территории многоквартирными жилыми домами».

Общество изучения русской усадьбы считает, что «исключение парка усадьбы Опалиха-Алексеевское из перечня выявленных объектов культурного наследия повлечет его утрату, что станет невосполнимой потерей не только для культурного наследия Подмосковья, но и для всей России».

Для справки: ОИРУ – общественное объединение, воссозданное в 1992 году. Общество объединяет несколько сотен людей самых разных профессий, любящих и изучающих различные аспекты усадебной культуры: архитекторов, искусствоведов, реставраторов, музейных работников, ландшафтных архитекторов, краеведов. Среди них действительные члены и члены-корреспонденты РАН, Академии художеств и Академии архитектуры и строительных наук, профессора, доктора и кандидаты наук, искусствоведы, музыковеды, культурологи и географы; студенты и аспиранты профильных вузов и НИИ.


Заявление Московского областного отделения ВООПИиК о недопустимости исключения из перечня выявленных объектов культурного наследия парка усадьбы «Опалиха-Алексеевское»

О недопустимости исключения из перечня выявленных объектов культурного наследия парка усадьбы «Опалиха-Алексеевское» на основании содержащей ложные сведения экспертизы.

 

02.05.2017 на сайте Главного управления культурного наследия Московской области был размещен акт государственной историко-культурной экспертизы выявленного объекта культурного наследия «Парк бывшей усадьбы Николевых-Юсуповых «Опалиха-Алексеевское», вторая половина XVIII – начало XX веков» от 20.03.2017, выполненный аттестованным Минкультуры РФ экспертом Л.А.Траскуновым.

26.05.2017 опубликована сводка предложений, поступивших в рамках общественного обсуждения заключения экспертизы.

Также 26.05.2017 в рамках антикоррупционной экспертизы опубликован проект распоряжения Главного управления культурного наследия Московской области «Об осуществлении государственного учета выявленных объектов культурного наследия, расположенных на территории Московской области», в соответствии с которым предлагается исключить из перечня выявленных объектов культурного наследия «Парк бывшей усадьбы Николевых-Юсуповых «Опалиха-Алексеевское», вторая половина XVIII – начало XX веков».

Московское областное отделение ВООПИиК заявляет о недопустимости принятия данного распоряжения, основанного на недостоверной и недобросовестной экспертизе, содержащей ложные и сфальсифицированные сведения, а также на сводке предложений, поступивших в рамках общественного обсуждения заключения экспертизы, содержащей неполные и недостоверные сведения о поступивших предложениях.

1. Так, в сводке предложений отсутствуют сведения о письме архитекторов и историков за подписью заслуженного архитектора России А.И.Таранова; к.и.н., доцента Исторического факультета МГУ А.А.Левандовского; д.и.н,  профессора Исторического факультета МГУ В.И.Морякова; д.и.н., профессора, члена-корреспондента РАН Б.Н.Флори, которое было направлено в Главное управление культурного наследия Московской области по электронной почте 21.05.2017 (Приложение 1). Скрин страницы электронной почты, подтверждающий отправку письма в адрес Главного управления культурного наследия Московской области прилагаем (Приложение 2).

В соответствии с п. 30 Положения о государственной историко-культурной экспертизе, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15.07.2009 № 569, орган охраны объектов культурного наследия рассматривает предложения, поступившие в течение 15 рабочих дней со дня размещения заключения экспертизы, на официальных сайтах органов охраны объектов культурного наследия в сети «Интернет» в электронной или письменной форме. Орган охраны объектов культурного наследия обязан рассмотреть все предложения, поступившие в установленный срок в электронной или письменной форме по результатам общественного обсуждения размещенных заключений экспертизы.

Экспертиза была размещена на сайте управления 2 мая, с учетом нерабочих праздничных и выходных дней срок общественного обсуждения истек 24 мая, таким образом, невключение в сводку предложений письма, поступившего 21 мая, является прямым нарушением требований Положения о государственной историко-культурной экспертизе.

 2. Внимательно ознакомившись с указанным актом экспертизы, изучив ее текст, приложения и проверив ссылки на архивные материалы, Московское областное отделение ВООПИиК считает, что содержащиеся в экспертизе сведения и выводы являются недостоверными и необоснованными, экспертиза изобилует ошибками, неточностями и откровенными подтасовками фактов. Экспертиза не соответствует установленным ст. 29 ФЗ от 25.06.2002 № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» принципам, в частности принципам научной обоснованности и объективности, достоверности и полноты информации, предоставляемой заинтересованным лицом на историко-культурную экспертизу, независимости экспертов. 

2.1. В своей экспертизе Л.А.Траскунов ссылается на несуществующие архивные дела, дела из давно несуществующих архивов, дает ошибочные ссылки, а также практически дословно, без перепроверки, заимствует текст и список источников из книги Е.Н.Мачульского «Красногорская земля» (главы про историю Опалихи, опубликованной в сети «Интернет»), выдавая указанный текст за собственное исследование.

Подробный анализ данных заимствований и ссылок на недостоверные источники приведен в письме заслуженного архитектора России А.И.Таранова; к.и.н., доцента Исторического факультета МГУ А.А.Левандовского; д.и.н,  профессора Исторического факультета МГУ В.И.Морякова; д.и.н., профессора, члена-корреспондента РАН Б.Н.Флори, направленном в Главное управление культурного наследия Московской области 21.05.2017 (Приложение 1).

Таким образом, можно утверждать, что рассматриваемая экспертиза с научной точки зрения несостоятельна, содержащиеся в ней сведения и отсылки к документам недостоверны, а заявления эксперта о самостоятельно проведенных историко-архивных исследованиях вызывают серьезные сомнения.

2.2. Главной целью экспертизы Л.А.Траскунова является доказательство того, что в Опалихе никогда не существовало усадебного парка, вместо парка существовал лишь питомник и плодовый сад, а пруды, один из которых, по мнению эксперта, был якобы выкопан не в XVIII, а в первой половине XIX века, не сохранились и были «восстановлены» и «полностью реконструированы» в советское время и не могут считаться «аутентичными».

Для того, чтобы убедить в этом читателя Траскунов повторяет в своей экспертизе одни и те же тезисы по десять, пятнадцать, двадцать и более раз.

Однако даже самое поверхностное изучение архивных источников и материалов по истории усадьбы дает основания опровергнуть все выводы эксперта и уличить его в откровенной лжи и подтасовке фактов.

Приведем несколько примеров.

1) На с. 29 экспертизы Л.А.Траскунов указывает: «Действительно, ни в одном из обнаруженных документов периода с 1831 по 1917 гг. парк не упоминается». Там же: «…слово «парк» на территории бывшей усадьбы впервые появляется в 1926 г., в документах ОИРУ». Или на с. 31: «Никаких документальных материалов о ведении работ по приведению в порядок рассматриваемого участка в конце XIX начале XX веков не обнаружено, также как отсутствует само упоминание «парк». Или на с. 28: «После смерти Н. Б. Юсупова в 1831 г. никаких, сколь — ни будь заметных работ, в усадьбе не проводилось. Никаких планов по преобразованию питомника в парк не обнаружено, так же как отсутствуют какие-либо письменные указание о наличии парка в этот период».

И так далее – данную мысль эксперт повторяет еще в десяти вариациях.

На самом же деле слово «парк» применительно к Опалихе упоминается в документах XIX века. Так, например, в 1886 году в закладной на имение Алексеевское-Опалиха Московскому Земельному Банку отдельным пунктом прописан парк и очень высокий штраф за рубку деревьев в нем, если вдруг такое случится.

Санкции за вырубку деревьев в парке был настолько серьезными, что могли привести к потере имения, о чем есть прямые указания в пп. 12-13 договора-обязательства его тогдашнего владельца Фон Штейна: «12. имеющийся при закладываемом имении лес,<…> а равно и парк весь без изъятия я обязуюсь не рубить, а буде пожелаю оный сводить или продать, то обязуюсь особо испрашивать на это разрешение Банка. 13. В случае самовольной, без разрешения Правления Банка, рубки или продажи леса на свод, Правление Банка имеет право требовать от меня неустойку за каждую вырубленную или начатую рубкою десятину парка по три тысячи руб., леса по 100 (сто) рублей, а при неуплате сей неустойки по требованию Правления Банка в месячный срок подвергаюсь последствиям, означенным в пар.19-31 Устава Банка, т.е. все вышеозначенное имение подвергается публичной продаже…» (ЦГА Москвы. Ф. 277. Оп. 1. Д. 1994. Л. 3,4).

И то, что штраф за рубку деревьев в парке в 30 раз выше, чем в лесу, показывает особую ценность этой территории, которая осознавалась уже в XIX веке.

План парка

2) Для того, чтобы убедить читателя в отсутствии в Опалихе парка Л.А.Траскунов не стесняется и откровенных подлогов и даже вымарывания слова «парк» при использовании источников, где это слово используется.

Например, на с. 23 эксперт пишет: «Преобразования в доме отдыха продолжались и позднее. Так в 1940 году создавались бригады из гостей дома отдыха — политэмигрантов, для очистки ЛЕСОПОСАДОК от сухостоя, а также для работы в саду и огороде (посажено 100 корней яблонь и 1700 корней клубники), бетонирование площадки, бетонирование фонтана, устройство водопроводного колодца, ремонт и пр.».

В то время как в оригинальном документе написано, л 87: «…были организованы бригады по очистке ПАРКА от сухостоя <…> бетонирование фонтана <…> Бригада в огороде провела почти всю работу: посадка овощей, цветов и ягод. Собрала урожай и заготовила семена на будущий год. Главную массу работ провел тов. Шен, который не считался с рабочим временем. Посажено яблонь 100 корней и 17 000 корней клубники» (ГА РФ. Ф. Р-8265. Оп. 1.  Д. 740. Л. 47, 87).

3) Также в своей экспертизе Л.А.Траскунов многократно противопоставляет регулярный сад с плодовыми деревьями, который был высажен в Опалихе еще в XVIII веке парку, развивая мысль, что «сад» не может считаться «парком».

Однако эксперт не может не знать таких общеизвестных вещей, что в XVIII — первой пол. XIX вв. слово «парк» вообще не употреблялось, а использовалось русское «сад» и парки, особенно регулярные, назывались садами. Существует и термин «памятник садово-паркового искусства», подтверждающие родство данных понятий. До сих пор многие исторические названия остались в употреблении, такие как Летний сад, Нескучный сад, Тайницкий сад, Александровский сад, Сад Эрмитаж, Сад Тюильри, Люксембургский сад и т.д.

И именно садом называется парк Алексеевского-Опалихи в документах XVIII — первой пол. XIX вв.

Кроме того, эксперт не может не знать, что в боскетах регулярных садов часто высаживались плодовые деревья – и этот прием сейчас воссоздается во многих музеях-усадьбах, бережно реставрирующих регулярные парки XVIII- нач. XIX вв., например, в Архангельском.

Таким образом, Л.А.Траскунов, делая такие выводы, демонстрирует либо свою полную некомпетентность, либо прямой умысел и заинтересованность.

4) Не менее голословной и бездоказательной выглядит и попытка Л.А.Траскунова выдать регулярный парк за некий питомник. Единожды в тексте экспертизы при описании истории усадьбы встречается упоминание о заведении в Опалихе «питомника для клена, вяза и липы» при Н.Б.Юсупове, без ссылок на источники (на самом деле это заимствование из книги Е.Н.Мачульского «Красногорская земля»). Однако в дальнейшем эксперт повторяет это слово по несколько раз едва ли не на каждой странице, убеждая всех в том, что питомник полностью заменил собой регулярный сад. При этом не приводит ни одного доказательства даже того обстоятельства, что питомник был создан именно на месте регулярного парка (сада). Зато неоднократно делает следующие безапелляционные выводы:

«К настоящему времени в пределах рассматриваемой территории от этого периода также условно сохранились три направления дорожек, в границах бывшего питомника. Следует отметить, что границы питомника расширились по отношению к ранее существовавшему на его месте плодовому саду, при этом был снесен главный дом, а на его месте были устроены поля питомника».

Или следующее бездоказательное утверждение: «При организации питомника в начале XIX века были существенно расширены границы рассматриваемого участка, ликвидированы 4 диагональные дорожки, возможно, устроен Малый пруд вдоль восточной стороны вновь созданного питомника, при этом планировка участка носила ярко выраженный характер нарезки полей («школ»). Главное же в том, что питомник не может являться ни парком, ни дендрарием. Задачи питомника в снабжении посадочным материалом других объектов озеленения, поэтому насаждения из него систематически выкапывают и заменяют на другие сеянцы и саженцы. Архитектурно-художественной ценности сам по себе питомник не представляет, так как носит сугубо хозяйственное назначение и его закладка не предусматривает развитие каких-либо эстетических задач».

Или: «Преемственного функционального и планировочного развития между центральной частью усадьбы конца XVIII в. и усадьбой первой трети XIX в. не обнаружено. Кроме того, в первой трети XIX века озелененная территория (питомник) заметно превышает по площади регулярный плодовый сад конца XVIII в. Увеличение площади питомника произошло за счет сноса главного дома усадьбы XVIII века».

Необходимо почеркнуть, что помимо полной бездоказательности подобных утверждений в плане источников и архивных материалов, они опровергаются самым элементарным сравнением картографических материалов XVIII и XIX веков, а также современных планов парка, космоснимков и фотографий с коптера, из которых со всей очевидностью следует, что размеры центральной части регулярного парка (сада) оставались и остаются неизменными со второй половины XVIII века.

5) Эксперт Траскунов Л.А. на стр. 34 утверждает, что малый пруд возник в XIX в. Цитируем:

«Возникший, в XIX в., Малый пруд, также внес изменения в планировочные и функциональные особенности территории центральной части усадьбы .Таким образом, можно сказать, что подлинных элементов усадьбы XVIII в. не сохранилось».

Или же на с. 19: «В период 1800-1830-е гг. западнее большого пруда появляется малый пруд, о котором в исторических записях нет никаких упоминаний. Известно лишь, что пруд отсутствовал на геометрическом специальном плане сельца Алексеевское, Апалиха тож 1768 года и появляется на Топографической карте Московской губернии 1852 года (топосъемка 1838 г.)».

На самом деле это ложное утверждение, поскольку на оригинале плана Генерального межевания 1769 года (составленном по межеванию 1768 г.) отчетливо видны и большой и малый пруды, как и вся садово-парковая планировка (РГАДА. Ф. 1290. Оп. 7. Папка 32.  Д.591. Л.1 Ф. 1354. Оп. 252. Ч. 1. А-8 синяя галка. Алексеевское). Этот план фиксирует наличие малого пруда в виде длинного узкого канала, расположенного вдоль западного края большого пруда (приложение 2). Эта конфигурация сохранилась до наших дней и является единственной в своем роде. Сохранившаяся до наших дней планировка XVIII века и оба пруда с почти неизменной конфигурацией и определяют уникальность усадьбы, что подчеркивалось всеми специалистами и всеми исследователями усадьбы в XX и XXI веке.

Данное утверждение Л.А.Траскунова подтверждает ту мысль, что экспертом не проводились самостоятельные историко-архивные исследования, несмотря на его собственное об этом утверждение, и не проверялись предоставленные заказчиком материалы.

План Генерального межевания 1768 года

6) Не поддаются вообще никакой критике и постоянно повторяемые экспертом заявления о том, что усадебные пруды были то «вновь созданы», то «восстановлены» то «полностью реконструированы» в советский период, а потому «не могут считаться аутентичными».

Эксперт не приводит никаких сведений о том, что и в какой момент произошло с прудами, чтобы их вдруг потребовалось «восстанавливать» и «полностью реконструировать», если они упоминаются во всех описаниях территории усадьбы 1920-40-хх гг. Делая такие заявления, а попросту говоря фантазируя, автор противоречит сам себе, с одной стороны абсолютно голословно заявляя, что «в начале XX века состояние прудов было крайне запущенное, Большой пруд стал заболачиваться и только в 1930-1950 гг. он со значительными изменениями был восстановлен. Малый пруд, потеряв связь с Большим прудом, превращался в застойную яму», а с другой приводя описания прудов того же периода, где пруды описываются как пруды, а не как «застойные ямы», и одновременно признаваясь в том, что «Документации, по которой велись в этот период работы, экспертом и авторами исследований не обнаружено».

Если нет документации, то на основании чего делаются подобные выводы?

На с. 9 Л.А.Траскунов, повествуя о периоде 1930-х гг. делает уж совсем непозволительные заявления: «Западнее сделали новый пруд необычной формы — длинный и узкий, с островом посередине, а на острове поставили беседку». И это речь о пруде, существующим с такой формой как минимум c 1768 года и изображенном на всех исторических картах и планах! Правда эксперт опять тут же сообщает: Следует заметить, что никаких проектных документов, по строительству прудов и благоустройству территории не обнаружено, вероятно, их и не было, а работы велись так называемым хоз. способом». То есть данное заявление получается полностью бездоказательным, что совсем не смущает эксперта.

Но самое удивительное, что несколькими страницами ранее эксперт сообщает о создании этого же пруда в первой половине XIX века. Если этот пруд существовал в XIX веке и начале XX века и был зафиксирован в 1920-е гг., то возникает вопрос, как он мог быть создан в 1930-е? Но эксперта Траскунова это совсем не смущает – он уверенно, не оглядываясь, продолжает свое повествование.

Натурное обследование парка и фотографии прудов с коптера, с которыми может ознакомиться любой желающий, сразу же демонстрируют всю абсурдность построений и умозаключений эксперта о том, что пруды не могут быть признаны историческими и аутентичными: пруды с XVIII века как были так и остались на своем месте, сохранили свои четкие геометрические формы, практически не изменив своей конфигурации, что всеми исследователями признается как уникальный случай. Действительно, часть большого пруда была засыпана и на нем была устроена дамба, также была засыпана протока между большим и малым прудами, созданная уже в XIX веке – это и есть все утраты. При необходимости пруды легко могут быть реставрированы на период и XIX и XVIII веков.

7) Удивляет и то, с какой легкостью Л.А.Траскунов признает неверными и ошибочными все исследования усадьбы, сделанные до него. Разумеется, не приводя никаких доказательств их ошибочности.

Например, в описании ОИРУ 1926-28 гг., которые приводит сам эксперт, указывается, что в Опалихе есть «Небольшой, хорошо сохранившийся французский парк с прудами».

Чтобы опровергнуть это «свидетельское показание» Л.А.Траскунов выдает следующую тираду: «Рассматривая все имеющиеся архивные и натурные материалы, возникает аргументированное этими документами предположение, что сохранившиеся на тот момент посадки не использованных из питомника деревьев, которые были высажены рядами, были восприняты членами ОИРУ как регулярные парковые насаждения».

То есть, по мнению эксперта, ведущие специалисты и исследователи парков, входившие в ОИРУ в 1920-е, которые видели парк Опалихи собственными глазами и даже составили его план, ошибочно восприняли высаженные рядами деревья как регулярные насаждения! А как же еще можно воспринять высаженные рядами старые деревья?!

Здесь необходимо сделать отступление, что все специалисты, эксперты и просто обычные жители, которые видели парк в Опалихе с первого же взгляда на парк или знакомства с фотографиями парка – видят в нем перпендикулярные аллеи из старых лип, а также остатки диагональных аллей и рядовые обсадки по периметру парка. Вся эта планировка и аллеи четко видны даже на космоснимках. Видели эти аллеи и все исследователи парка, как в 1920-е, так и в 1990-е и 2000-е, в том числе авторы и рецензенты книги «Памятники архитектуры Московской области», составившие современный план парка, сборника «Подмосковные усадьбы» и т.д. Видели эти аллеи и отдыхающие дома отдыха в Опалихе, запечатлевшие аллеи на своих фотографиях.

Фотографии аллей парка разных лет во все времена года прилагались к имеющимся в Главном управлении культурного наследия Московской области заявлению Московского областного отделения ВООПИиК о включении парка в реестр и государственной историко-культурной экспертизе В.Н.Шеренковой, а также неоднократно публиковались в сети «Интернет».

Единственный человек, который их не видит – это эксперт Л.А.Траскунов, пытающийся всех убедить в том, что высаженные рядами старые липы – это не аллеи, а остатки некоего мифического «питомника», доказательств существования которого на месте парка г-н Траскунов привести однако же не способен, кроме постоянных необоснованных заявлений вроде того, что «современная планировка основана на нарезке полей питомника».

Практически все остальные выводы эксперта являются столь же голословными, бездоказательными, непоследовательными или же основанными на прямых подлогах и недостоверной информации.

2.3. Абсолютно непрофессиональным является и подход эксперта, когда вывод об отсутствии парка и его ценности делается на основании анализа возраста деревьев, демонстрирующего, что деревьев XVIII века в парке почти не сохранилось, а значит, по логике эксперта, нет и самого парка XVIII века. По такой логике снять с охраны необходимо все регулярные парки России XVIII века, включая внесенные в список ЮНЕСКО пригороды Санкт-Петербурга, не говоря уже о Версальском парке, где и вовсе не сохранилось ни одного дерева периода его создания.

Точно также на обоснование ценности парка никак не может влиять современное санитарное состояние территории парка и прудов, возникшая в последние годы «запущенность» которое кстати вполне удовлетворительное, а не столь плачевное, как это пытается преподнести Л.А.Траскунов.

2.4. Также необходимо отметить и непоследовательность всей экспертизы, отсутствие логической связи между приводимыми сведениями и выводами. Например, приводимые экспертом сведения из истории усадьбы свидетельствуют о безусловной исторической и мемориальной ценности места на протяжении всей его истории, включая XX век. Даже если считать, что в Опалихе нет парка, то территория усадьбы заслуживает сохранения уже только как место, связанное с таким количеством известных имен и исторических личностей.

2.5. Ответ на вопрос, почему Л.А.Траскунов так старательно пытается доказать отсутствие в Опалихе исторического усадебного парка и прудов кроется в заказчике самой экспертизы и историко-культурных исследований, на которые опирается эксперт. Заказчиком экспертизы является ЗАО «Сити XXI век», которое является собственником участка, на котором расположен усадебный парк. Данная компания с начала 2016 года продвигает проект среднеэтажной многоквартирной жилой застройки территории усадьбы. В разных вариациях данным проектом планируется либо полная вырубка, засыпка прудов и застройка парка домами либо частичная застройка парка и места усадебного дома, с засыпкой большого пруда и строительством на его месте.

То есть по сути эксперт Траскунов «расчищает» застройщику стройплощадку от мешающего ему усадебного парка.

Проект застройки

2.6. Кроме того, обращаем внимание, что разработчиком историко-культурных исследований, положенных в основу экспертизы, является ООО «Земля-Экспертиза». О качестве и целях историко-культурных исследований ООО «Земля-Экспертиза» говорит уже тот факт, что эта фирма являлась официальным заказчиком сокращения территории ансамбля усадьбы «Архангельское» более чем в десять раз и много лет занимается обоснованием отсутствия ценности пейзажного парка Архангельского, используя ровно все те же приемы и методы, что и Л.А.Траскунов в своей экспертизе по Опалихе, только в применении к пейзажному парку: что пейзажный парк и рощи – не парк, а лес, а парк может быть лишь регулярный, что парк в плохом санитарном состоянии, там не сохранилась планировка и т.д. и т.п. Проекты ООО «Земля-Экспертиза» и выполненные по заказу данной фирмы экспертизы проектов неоднократно отклонялись Минкультуры РФ и Минкультуры Московской области, получали самые отрицательные отзывы членов федерального и областного научно-методических советов, авторы экспертиз рекомендовались к лишению аттестации.

2.7. Следует подчеркнуть, что вопрос постановки под охрану парка в Опалихе также выносился на научно-методический совет при Главном управлении культурного наследия Московской области, и абсолютным большинством членов совета было принято решение о ценности парка и необходимости его постановки под охрану.

2.8. К такому же выводу пришла и аттестованный эксперт В.Н.Шеренкова, которая провела государственную историко-культурную экспертизу парка по заказу Московского областного отделения ВООПИиК. Экспертиза была передана в Главное управление культурного наследия Московской области еще в сентябре 2016 года, опубликована на сайте Управления, но потом по неизвестным причинам удалена.

В настоящее время экспертом В.Н.Шеренковой сделана повторная экспертиза, основанная на новых архивных исследованиях, подтверждающих ценность парка.

Также свои возражения на экспертизу Л.А.Траскунова направила Н.И.Завьялова, кандидат архитектуры, один из ведущих специалистов по проектированию зон охраны подмосковных усадеб и парков.

 

В соответствии с п. 17 Положения о государственной историко-культурной экспертизе, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15.07.2009 № 569, при проведении экспертизы эксперт обязан:

а) соблюдать принципы проведения экспертизы, установленные статьей 29 Федерального закона «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации»;

б) обеспечивать объективность, всесторонность и полноту проводимых исследований, а также достоверность и обоснованность своих выводов;

в) самостоятельно оценивать результаты исследований, полученные им лично и другими экспертами, ответственно и точно формулировать выводы в пределах своей компетенции.

Все вышесказанное позволяет утверждать, что эти обязанности Л.А.Траскуновым были проигнорированы.

 

В случае исключения на основании данной экспертизы парка усадьбы Опалиха-Алексеевское из перечня выявленных объектов культурного наследия будет уничтожен полностью сохранившейся памятник садово-паркового искусства XVIII века, что может быть признано беспрецедентным варварством. Ничего подобного в нашей стране не происходило со времен трагических событий Великой Отечественной войны, когда фашисты уничтожали парки XVIII – нач. XIX вв. в пригородах Петербурга.

С учетом вышеизложенного, просим Главное управление культурного наследия Московской области:

1) отклонить экспертизу Л.А.Траскунова как не соответствующую требованиям закона и содержащую недостоверные и сфальсифицированные сведения;

2) опубликовать достоверную сводку предложений, поступивших в рамках общественного обсуждения заключения экспертизы, включив в него поступившее в Главное управление культурного наследия Московской области в установленные сроки и в установленном порядке письмо заслуженных историков и академиков;

2) отозвать проект распоряжения Главного управления культурного наследия Московской области «Об осуществлении государственного учета выявленных объектов культурного наследия, расположенных на территории Московской области», в соответствии с которым предлагается исключить «Парк бывшей усадьбы Николевых-Юсуповых «Опалиха-Алексеевское», вторая половина XVIII – начало XX веков» из перечня выявленных объектов культурного наследия;

3) вынести вопрос включения в реестр «Парка бывшей усадьбы Николевых-Юсуповых «Опалиха-Алексеевское», вторая половина XVIII – начало XX веков» на рассмотрение Научно-методического и Общественного советов при Главном управлении культурного наследия Московской области;

4) поставить вопрос о лишении Л.А.Траскунова аттестации на проведение государственной историко-культурной экспертизы.