Сохранить нельзя снести – где будем ставить запятую?

Серпухов известен своими храмами и монастырями, чудотворными иконами и местными святыми, неповторимым белокаменным кремлём, но мало кто знает о его исторической застройке рубежа XVIII–XX веков. Каждый век привносил разнообразие в его архитектурный облик, менялась мода на тот или иной стиль: барокко, классицизм, ампир, эклектика, модерн. Город преображался, становясь уютным и красивым.

Рубеж веков XX–XXI не стал исключением. Год за годом исторический облик Серпухова меняется, теперь уже по-иному: сбиваются деревянные резные наличники, ажурная лепнина уничтожается, вековые строения обрастают пристройками и надстройками, а то и вовсе сносятся.

Благодаря Московскому областному отделению Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК) город в 2013 году вошёл в перечень исторических поселений областного значения.

Наделение статусом исторического поселения предполагает улучшение использования и охраны объектов культурного наследия, а также сохранение памятников и ценных градостроительных комплексов и ансамблей. Этот статус должен был остановить снос исторической застройки, но на деле собственники старинных зданий игнорируют закон, уничтожают и уродуют постройки.

Вся городская историческая застройка сегодня носит на себе клеймо ветхого и аварийного фонда. Конечно, решать проблему такого жилья необходимо, ведь вопрос расселения аварийного и ветхого жилья остро стоит на протяжении многих десятилетий на постсоветском пространстве. Сотни тысяч людей в российских городах проживают в жилищах, зачастую не имеющих удобств с изношенными сетями, аварийными несущими конструкциями, находящимися под угрозой обрушения. В Серпухове каждый год ключи от новых квартир получают десятки семей, но, после того как они справляют новоселье, их старое жильё сносят, а ведь зачастую это крепкие дома с интересной историей.

15 февраля 2021 г. Глава городского округа Серпухов подписала очередные постановления о признании 34 многоквартирных домов аварийными и подлежащими сносу, из них 11 зданий являются ценными историческими постройками.

Ул. Аристова, д. 10 – объект культурного наследия регионального значения «Усадьба Соллогуба, XVIII в.: флигель восточный». Соседний северный флигель уже расселён, сожжён и находится в руинированном состоянии.

Ул. Красноармейская, 21/44 – купеческий двухэтажный особняк 1904 года постройки, был отремонтирован по региональной программе капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах, но при этом уничтожили почти все резные элементы фасада второго этажа, вся лепнина первого кирпичного этажа сбита и оштукатурена.

Ул. 1-я Московская, д. 41 – конец XIX века, построен отцом знаменитого серпуховского пикториального фотографа А. П. Андреева. В нем находилась белошвейная мастерская. В 1950-е годы здание было лишено внешнего убранства, наличники второго этажа сняты, окна первого растёсаны. Сейчас это многоквартирный дом, в котором располагается серпуховский фотоклуб.

Ул. Серпуховская, д. 1 – типовое одноэтажное деревянное строение середины XX века. Здание примечательно тем, что его построил дед серпуховского скульптора Ильи Дюкова, отец которого был городским архитектором. Оно хорошо вписывается в историческую застройку и никак с ней не диссонирует.

Ул. Калужская, д. 5б – служебная постройка в два этажа середины XIX века, выстроенная для бумаготкацкой-ситценабивной фабрики Михаила Серикова с сыновьями.

Ул. Ворошилова, д. 14 – двухэтажное строение второй половины XIX века, принадлежало купцу Филиппу Михайловичу Соколову, на первом этаже он держал сапожную мастерскую.

Ул. Химиков, д. 3а – традиционная для Серпухова постройка по типу: первый этаж кирпичный, второй деревянный. Здание относится к посёлку инженеров и рабочих Коншинской мануфактуры, исторически ценный градоформирующий объект.

Ул. Пролетарская, д. 45 – двухэтажный купеческий дом второй половины XIX века, первый этаж кирпичный, второй – деревянный, здание украшено уникальной резьбой.

И последние из списка сносимых ценных исторических домов – это три здания сталинского посёлка по ул. Профсоюзной Большой, д. 3,5, 7/7 постройки 1926 года. Двухэтажные строения полностью из дерева, с простой резьбой наличников, имеют историческую ценность и привносят в район улицы Чернышевского особый колорит.

До 2024 года все здания жильцы должны освободить, дальнейшая судьба домов точно не определена, по документам – под снос. Как заверяла глава города Серпухова Юлия Купецкая, этого требует закон, только так можно предоставить людям лучшие условия для проживания. Но для исторической застройки Серпухова это означает только то, что капитального ремонта не будет: дома расселяют, они горят и их сносят.


Что делать, когда очень хочется что-то построить, но мешает старинный дом или какой-нибудь памятник? Универсальный сценарий решения этой проблемы – подождать. Постройка будет ветшать, время брать своё, а может, даже детвора или бомжи помогут разнести дом изнутри. Сложно найти конкретного виновника такого печального итога, ведь «оно само» так случилось, а на вопросы о бездействии власти могут смело отвечать «не было денег».

Десятки исторических особняков и ОКН в Серпухове расселены, сожжены и стоят в руинированном состоянии, а если и используются, то состояние их оставляет желать лучшего, и примеров множество: дом, построенный для инженеров Мануфактуры Н. Н. Коншина в Серпухове на улице Красный Текстильщик под №26 уже расселён и сожжён, а ведь крепкое краснокирпичное массивное строение могло бы послужить ещё много лет. В доме сохранялись интерьеры, кафельные печи с изразцами белого цвета с голубой каёмкой, белокаменные лестницы с резными балясинами.

ОКН федерального значения по ул. Калужской, 50/5 – единственный дворец петровской эпохи купцов Кишкиных XVIII века – используется в качестве СИЗО.

Жилые палаты XVIII века – ул. Володарского, 5 – стоят в руинах.

Усадьба Воронина XIX в. – ул. Пролетарская 27/3 – находится в аварийном состоянии, так же, как и производственный корпус парусиновой мануфактуры купца Кишкина 1-й пол. XVIII в., ул. 2-я Московская, д.8/19.

Конторы Коншинской мануфактуры на ул. Володарского, 12/8 – в ужасном состоянии.

Жилые палаты 2-й пол. XVIII в. на ул. Пролетарской, 48/2, хоть и жилые, но трещат по швам.

Уже расселён дом 17/10 на улице Володарского; двери открыты для всех желающих, бомжи, подростки, чёрные копатели уже оккупировали здание.

А остатки белокаменного кремля 1555 года превращены жителями в общественный туалет, два сохранившихся прясла стены руинированы.

Вновь выявленные ОКН: ул. Ворошилова, 28 – дом купца С. П. Гуськова, постройка второй половины XIX века – расселён; ул. Калужская, 130 – усадьба Каштанова с амбаром – сожжён.

Многие памятники в плачевном состоянии. Двухэтажный купеческий особняк Бескодаровых, 19 на 1-й Московской улице, расселён. Дом 79 по ул. 2-й Московской – бывшая казённая винная лавка, двухэтажный кирпичный особняк с наружной и внутренней лепниной – тоже расселён и готовится к сносу.

В Серпухове, кроме муниципальной собственности, также поджигаются и частные здания. Бывшую мужскую Александровскую гимназию (школа № 22, позднее № 14, закрыта в 2001 году) подожгли в том месте, где был домовой храм Николая Чудотворца, – с уникальной деревянной стропильной системой сводов; на втором и третьем этажах под краской, возможно, сохраняется храмовая живопись. Десяток производственных зданий так называемого «кирпичного стиля» рубежа XIX–XX веков на огромной территории бывшей фабрики «Старая Мыза» стоят руинированными.

С каждым годом сносится множество исторических особняков. В последнее время их число растёт. Вот один из примеров – дом, построенный на рубеже XIX–XX вв. для рабочих инженеров Коншинской мануфактуры. Дом 11/2 на улице Химиков был расселён, сожжён и снесён в начале 2021 года. А ведь весь бывший посёлок представляет из себя двухэтажные дома для инженеров и многоэтажные казармы, в народе называемые «спальнями».

19 февраля 2021 года снесли купеческий особняк первой половины XIX века, известный как дом купца Василия Ивановича Иванова, торговца чаем, сахаром, кофе и прочими товарами. Это здание на улице Красноармейской, 49 муниципалитет расселил как аварийное жильё. В нём сохранялись все интерьеры, дубовый паркет, филенчатые двери, потолочные розетки и т.д.

За последние годы снесены купеческие особняки: пл. Ленина, 8; ул. Чехова, 25; ул. Калужская, 28, 40а, 74/3; ул. Ворошилова, 9/32, 10/34, 70, 196, 198; ул. Чернышевского, 10, 24/56; ул. Пролетарская, 37, 39/3, 61, 94, 116; ул. Тульская, 2а; ул. Красная Гора 4. Плюс к этому бесчисленное множество одноэтажной застройки бывших серпуховских посёлков сносится или же исчезает под слоями нового кирпича и сайдинга.

Но бывают и положительные примеры отношения к исторической застройке и объектам культурного наследия. Бывшая фабрика товарищества Н. Н. Коншина «Новая мыза» (в советские годы «Красный текстильщик») после десятка лет забвения обрела новых хозяев, и строения ремонтируются. Котельная, на ул. Коншиных, 106а – постройка второй половины XIX века, кирпичный фасад которой декорирован элементами модерна, –отремонтирована с использованием старинного кирпича и приспособлена под пивоваренную мануфактуру в стиле лофт.

Подобным образом отреставрирована частично и бывшая насосная станция на ул. Тульской, 1. Новое кафе-пекарня в старинном здании на ул. Ворошилова, 5/22 реконструировано в лофт-стиле. Здание фабриканта Рябова в посёлке Ногина тоже спасено новым владельцем от сноса, руинированные остатки укреплены, дом накрыт крышей, созданы перекрытия, в скором времени он откроет свои двери для горожан в обновлённом облике.

На бюджетные средства реконструируют с элементами реставрации и здание бывшего каретного сарая Серпуховского историко-художественного музея. Ещё одним примером можно назвать приспособление десятка старинных фабричных казарм-«спален» под новое жильё.

Отдельно можно сказать о том, что силами общественников в лице председателя Серпуховского отделения ВООПИиК Павла Стенчева, его жены и знакомого была в 2016 году законсервирована конха Крестовоздвиженского храма 1755 года, возведена временная кровля над алтарём и галереями на площади в 250 квадратных метров, с помощью реставраторов частично открыта масляная живопись в стиле модерн. Также много тяжёлой и опасной работы было проведено в рядом стоящей тёплой Печерской церкви: накрыли жестью сводчатый купол, мягкой кровлей укрыли трапезную.

Несмотря на ремонты фасадов некоторых исторических зданий, в заключение можно сказать, что полноценной реставрации гражданских построек в Серпухове нет, а те немногие примеры восстановления старинных зданий – лишь капля в море. Серпухов достоин быть включенным в Золотое кольцо, если, конечно, удастся сохранить целостность исторической застройки города.

Павел Стенчев


Проект «Рубеж обороны Москвы под Звенигородом»: промежуточные результаты

Под Звенигородом, в окрестностях населенных пунктов Палицы, Николина Гора, Аксиньино, Грязь, Козино, Синьково, Мозжинка, Дунино, Иславское сохранился участок Рубежа обороны Москвы 1941 г. с воинскими захоронениями и мемориалами, местами боев, остатками военно-полевых укреплений — редчайший случай для Ближнего Подмосковья. Ценность этой территории определяется высокой степенью сохранности исторического ландшафта, позволяющего реконструировать события военного времени и создать здесь не имеющий аналогов в Московском регионе музей под открытым небом.

Однако Департамент культурного наследия г. Москвы (эта территория была включена в черту Москвы в 2012 г.) неоднократно отказывал в постановке достопримечательного места «Линия обороны Москвы 1941 года. Последний рубеж» под охрану, ссылаясь на недостоверную информацию. Даже в год 75-летия Победы все обращения остались без ответа.

В июне 2020 г. проект Московского областного отделения ВООПИиК «Рубеж обороны Москвы под Звенигородом» получил поддержку Фонда президентских грантов (конкурсное направление — «сохранение исторической памяти»).

Проект, приуроченный к 80-летию Битвы за Москву, направлен на выявление, сохранение и популяризацию памятников периода Великой Отечественной войны под Звенигородом. 

Направления деятельности

Одно из основных направлений работы команды — популяризация истории Звенигородского направления Московской битвы и Звенигородского края в целом. Нами был создан сайт с информацией о проекте и его результатах, исторической справкой, интерактивной картой памятников Рубежа обороны Москвы под Звенигородом, отдельными страницами по населенным пунктам и другими разделами. 

Научным руководителем проекта А. Лазукиным были разработаны туристические маршруты по территории: 3 пешеходных («Синьково-Грязь-Козино», «Палицы-Аксиньино», «д. Дунино – Дунинский природно-археологический комплекс») и 1 автобусный. По этим маршрутам за первый этап было проведено в общей сложности 11 экскурсий, вызвавших большой интерес и показавших высокую востребованность (особенно со стороны местных жителей).

С успехом был опробован комбинированный формат просветительской деятельности — «Школа экскурсоводов», в программе которой сочетаются теория и практика — лекция и экскурсия. «Школа» объединила тех, кто интересуется историей событий на Звенигородском направлении Московской битвы, а также историей Подмосковья. Нами было проведено 2 таких однодневных занятия, на втором также было презентовано методическое пособие по организации и проведению экскурсий по памятным местам Рубежа обороны Москвы под Звенигородом, подготовленное А. Лазукиным.

Другое ключевое направление — это проведение мероприятий по выявлению, обследованию и сохранению военно-полевых объектов 1941 г. В эту работу входят обследования с целью поиска и обследования памятников военного времени — в том числе с участием волонтеров. Один из ярких примеров — это обнаружение целого комплекса военно-полевых укреплений артиллеристов у д. Сальково. Мы исследовали его по предложению и совместно с местными жителями, которые не предполагали ранее, что это боевые позиции 1941 года хорошей степени сохранности.

Также была проведена геодезическая съемка военно-полевых укреплений для установления координат границ объектов и дальнейшего составления планов. В результате составлено 11 планов (общих и детальных).

С участием волонтеров мы провели 2 субботника по уборке от мусора военно-полевых укреплений 1941 г. на западной опушке Масловского леса (собрано более 40 мешков мусора).

До недавнего времени история боев осени-зимы 1941 под Звенигородом практически не освещалась в публикациях о Московской битве, о событиях на этом направлении было плохо информированы специалисты-историки и общественность. Благодаря большой работе по изучению истории Звенигородского направления Московской битвы, проведенной за последние двадцать лет, в настоящее время удалось ввести в научный оборот новые данные о боях под Звенигородом.

В результате реализации проекта удалось заинтересовать местных жителей, изменить их отношение к территории, на которой они проживают; вовлечь их в участие в проекте, побудить к воплощению собственных идей по развитию проекта

Команда проекта 

Руководитель: член МОО ВООПИиК Елена Кожевникова

Научный руководитель: заведующий отделом археологии Звенигородского музея, член МОО ВООПИиК Александр Лазукин

Активисты Московского областного отделения ВООПИиК, специалисты из Звенигородского историко-архитектурного и художественного музея, Дружины охраны природы МГУ и ИКОМОС


Сохранение наследия в современном формате

«Сохранение наследия первично для любого исторического поселения, поскольку именно историческое наследие является главным конкурентным преимуществом и драйвером экономической активности любого старого города. Оно не только привлекает туристический поток, но и создает комфортную и многообразную среду для местных жителей, что в свою очередь способствует развитию малого бизнеса, креативных производств».

Такие красивые слова опубликованы на сайте Института генплана Москвы. А на самом деле гибнут исторические поселения, уничтожается их историческая среда.

В Московской области 22 исторических поселения, из которых 20 с региональным статусом охраны и 2 – с федеральным. Перечислим новейшие вопиющие примеры отношения к объектам культурного наследия в исторических городах Подмосковья.

Совсем недавно был уничтожен дом Угрюмова в Орехово-Зуеве (по факту перевезен в Черноголовку), в результате чего историческое поселение Орехово-Зуево лишилось одного из красивейших деревянных домов, которых в городе остались единицы.

Бедственное положение сложилось и в другом историческом поселении – городе Серпухове. Приговорены к сносу дома по адресам: г. о. Серпухов, ул. 1-я Московская, д. 41, ул. Красноармейская, д. 21/44, ул. Калужская, д. 5б, ул. Ворошилова, д. 14, ул. Химиков, д. 3а, Пролетарская, д. 45, ул. Профсоюзная Большая, д. 3, 5, 7/7, ул. Серпуховская, д. 1.

«Егорьевск — уютный подмосковный купеческий город с богатой историей. Здесь сохранилось множество памятников, историческая среда, планировка и размеренный уклад жизни. Благодаря высокой степени сохранности историко-градостроительной среды памятников и близости популярных туристических мест город имеет большой рекреационно-туристический потенциал, а также существенный потенциал для развития малого и среднего бизнеса. Власти должны лишь создать условия для этого, разумно и деликатно отрегулировав правила не только градостроительной, но и иной хозяйственной деятельности. В ближайшей перспективе перед городом ставятся задачи благоустройства наиболее посещаемых центральных улиц, реставрации памятников, ремонта и реконструкции домов, стоящих на них» (текст с сайта Института генплана Москвы).

«Разумно и деликатно» разобрались власти Егорьевска с историческим зданием Домом трудолюбия Общества пособия бедным, построенным в 1899–1901 гг. по проекту известного архитектора московского модерна Ивана Тимофеевича Барютина.

А вот Москва гордится работами архитектора И. Т. Барютина!

В книге «Сто архитекторов московского модерна. Творческие портреты» известный историк архитектуры Мария Нащокина пишет «…в лучших постройках архитектора всегда присутствовала композиционная и декоративная оригинальность, делавшая их заметными в пестрой панораме московского модерна».

В самом Егорьевске до недавнего времени сохранялось много построек архитектора Барютина, выполненных по заказу богатого купца Н. М. Бардыгина – городского головы Егорьевска.

Самым ярким является памятник федерального значения Комплекс Электромеханического училища (1900-е гг.). Другие постройки архитектора Барютина заслуживают большого внимания.

Но то, что сотворили с историческим зданием егорьевского Дома трудолюбия Общества пособия бедным, не входит ни в какие рамки сохранения исторического поселения.

В этом году городские власти отчитались о завершении ремонта в школе № 9, расположенной на улице Владимирской, дом 1а. Здание построено в 1899–1901 гг. для Дома трудолюбия Общества пособия бедным. Это был период, когда с 1872 по 1901 г. городским головой был Никифор Михайлович Бардыгин. Все, что построено в Егорьевске за 30 лет его руководства, является главным историческим богатством города, основными его достопримечательностями. Бардыгин был прогрессивный человек и, когда по всей стране с помощью Домов трудолюбия боролись с проблемами нищих и попрошаек, он решил в своем городе сделать то же. На общее дело по его просьбе скинулись все состоятельные горожане, 100 рублей прислал даже отец Иоанн Кронштадтский. Благодаря Обществу нищие-больные, которые работать не могли, были определены в богадельню и содержались за счет того же егорьевского головы. Здоровых же занимали работой в Доме трудолюбия. И все это не по указке сверху, а по личной инициативе Бардыгина. Н. М. Бардыгин был похоронен в Свято-Троицком Мариинском монастыре, выстроенном на его личные средства. Монастырь находится рядом с Домом трудолюбия, причем и монастырь, и Дом трудолюбия спроектировал архитектор И. Т. Барютин.

И вот, в этом году местная власть Егорьевска отрапортовала, что она совершила великое достижение – отремонтировала школу. Но фактически этот ремонт уничтожил исторический облик ценного градоформирующего объекта, скрыв его оригинальные фасады под китайским вентфасадом. Это ничто иное, как вопиющий пример современного вандализма по отношению к культурному наследию исторических поселений Подмосковья.

Алла Громинова, Константин Буланов


Проблема сохранения памятников архитектуры Орехово-Зуева

История самого крупного города Восточного Подмосковья Орехово-Зуева, включенного в список исторических поселений региона, уходит своими корнями вглубь веков. Следы поселений времён каменного века были обнаружены археологами даже в пределах городской черты. В эпоху родового строя на территории будущего Орехово-Зуевского края проживали племена мещера и вятичи. Первое упоминание о поселении Зуев Волочёк – будущего села Зуева – в древнерусских летописях относится к 1209 году. С XVII века после Раскола русской церкви болотистый заповедный край стал прибежищем ревнителей старой веры. Из крестьян-старообрядцев происходил и знаменитый род Морозовых, давший начало развитию текстильной промышленности края и становлению самого города Орехово-Зуево.

На рубеже XIX–XX веков сёла Орехово, Зуево и местечко Никольское представляли собой крупнейший промышленный центр Российской империи, по масштабам производства и количеству рабочих, занятых на фабриках Морозовых, уступающий только Петербургу и Москве. Столь бурное развитие Орехово-Зуева было зримо воплощено в масштабах городской застройки: кирпичные корпуса многочисленных фабрик, дома управляющих, казармы, церкви, трактиры, бани, водонапорные башни, здания больницы, народного училища, богадельни, Зимнего театра, – все эти сооружения на долгие годы определили архитектурный облик города, создали его неповторимый образ, сохранившийся, несмотря на утрату многих старинных построек, и поныне. Почти все морозовские постройки отличались не только полезностью, прочностью и надёжностью, но и особой красотой. Глядя на них, понимаешь, что из обычного красного кирпича можно при желании сделать не просто типовую коробку с одинаково безликими проёмами окон, а настоящий шедевр, радующий глаз выразительным ритмичным декором.

Вот что писал в начале 70-х годов ХХ века профессор МГУ М. Белявский об уникальности орехово-зуевского архитектурного ансамбля: «Мне не раз приходилось бывать в Орехово-Зуеве, и с каждым приездом в этот замечательный город революционной и трудовой славы мне все ярче становилось видно его значение, как совершенно уникального памятника, равного которому трудно найти в нашей стране. Говоря о городах-памятниках, мы в первую очередь вспоминаем Владимир, замечательный удивительными творениями зодчих XII-го века, Суздаль, донесший до наших дней планировку и облик города XVII-го века… Попадая в сегодняшнее Орехово-Зуево, мы радуемся размаху жилищного строительства в городе. Но меня, как историка, радует то, что Орехово-Зуево позволяет, как на волшебной машине времени, перенестись в город 70–80-х годов XIX века. Трудно даже представить себе огромное историческое значение для наших современников и потомков возможность наяву, воочию увидеть, не на картине, не на музейном фото, не в театральной декорации улицу города, возникшего век тому назад со всеми его особенностями, планировкой, архитектурой, с особняком и садом управляющего, с рабочими казармами, со всем тем, что определялось интересами и вкусами молодого русского капитализма. Это обстоятельство придает Орехово-Зуеву неповторимую особенность и огромную историческую ценность. И думается, растущий, строящийся, развивающийся город должен сохранить свои особенности. Он должен сберечь и Двор Стачки, и рабочие казармы, превратив в филиал музея какую-то часть их интерьера и восстановив его в том виде, какой он имел во времена Морозовых. И, наконец, что крайне важно, нужно сохранить значительный участок современной улицы Ленина с её зданиями 80-х годов 19-го века, не вклинивая на этом участке ни новых крупноблочных зданий, не надстраивая и не перестраивая старые. В вашем городе буквально каждый камень историей дышит, живая, боевая, рабочая, революционная история, рядом с вами и вокруг вас… Ваши уникальные памятники нужны всей стране…» (письмо было опубликовано в газете «Орехово-Зуевская правда» от 27 февраля 1974 г.).

К сожалению, замечательные идеи профессора оказались далеки от реальности. За последние три десятилетия многие исторические здания города оказались уничтожены или по небрежению арендаторов и городских властей доведены до состояния руин. Среди безвозвратно потерянных объектов были и те, что имели статус памятников федерального или регионального значения – например, здания бывшего трактира Конфеева, где в 1885 году собирались организаторы знаменитой Морозовской стачки, 30-й казармы, прозванной в народе «Порт-Артуром»: в 1905 году две тысячи солдат и казаков на протяжении двух часов вели её обстрел и не могли преодолеть сопротивление пяти дружинников и жителей казармы, являвшейся штабом рабочего движения в городе. Под разными предлогами в Орехово-Зуеве были разрушены многие кирпичные и деревянные постройки второй половины XIX – начала XX веков, в том числе уникальные образцы промышленной и гражданской архитектуры эпохи русского модерна. За один только 2020 год город лишился четырёх исторических архитектурных объектов, в том числе жемчужины деревянного зодчества эпохи русского модерна – дома Угрюмова, врача Викуловской больницы.

«Ситуация, сложившаяся в Орехово-Зуево с памятниками истории и культуры, удручающая, досадная, требующая немедленных и серьёзных решений», – писал известный краевед Владимир Сергеевич Лизунов в своей последней книге «Орехово-Зуево: Памятные места. События. Люди» (2010). Увы, и сегодня в городе, несмотря на протесты краеведов и общественности, под угрозой разрушения находятся многие объекты Морозовского архитектурного наследия: водонапорная башня в Воронцовско-Пролетарском районе, здание бывшего деревообрабатывающего завода с единственной сохранившейся в городе фабричной трубой 19 века, казармы на Крутом, комплекс зданий бывшей Викуловской больницы и другие исторические постройки.

Сейчас много говорится о необходимости развития внутреннего туризма в России, и Орехово-Зуево, как город с богатейшей историей и культурой, являющийся, по сути, столицей Восточного Подмосковья, в этом отношении, безусловно, заслуживает особого внимания. На его примере можно изучать и развитие мануфактурного производства XIX века, и историю рабочего движения в царской России, Орехово-Зуево – это исток российского промышленного капитализма и колыбель русской революции, родина российского футбола и сокровищница театрального искусства. И пока ещё мы имеем удивительную возможность воочию видеть те же самые стены, дворы и улицы, где разворачивались яркие события нашей истории, мы ещё можем почувствовать сам дух Морозовской эпохи, запечатлённый в силуэтах и декоре монументальных зданий из красного кирпича. Уже давно пора осознать, что весь сохранившийся до наших дней комплекс Морозовских построек, включая фабричные корпуса и казармы, сам по себе является единым архитектурным ансамблем – уникальным музеем под открытым небом.

Для того, чтобы превратить Орехово-Зуево в привлекательный туристический центр, совсем не обязательно выдумывать что-то новое и экстраординарное – историко-культурный потенциал Орехово-Зуева и без того очевиден: достаточно лишь прекратить бездумное уничтожение зданий старой Морозовской застройки и привести в надлежащий вид то архитектурное богатство, которое досталось нам от предков. Конечно, содержание и реставрация старинных сооружений – дело непростое, требующее значительных инвестиций, но это не повод, чтобы отказываться от идеи их восстановления. В противном случае уничтожение исторической застройки приведёт к обезличиванию города и невосполнимой потере его исторического облика.

Клим Булавкин


Усадьба Лапино-Спасское: «Картина маслом»

Усадьба Лапино-Спасское относится к старейшим памятникам архитектуры современного города Королёва. Формировавшаяся на протяжении второй половины XIX – начала XX века, она последовательно, шаг за шагом, уничтожается в наши дни.

В последние несколько лет процесс умерщвления усадебного комплекса получил заметное ускорение. В 2014 году был полностью снесён пострадавший ранее от пожара Дом Рабенека (Дом Ценкера), памятник деревянного зодчества в стиле модерн. На его месте уже несколько лет колосится бурьян. Затем в рекордный срок был доведён до состояния руины главный дом усадьбы Лапино-Спасское: заброшенность, загаженность и многократные поджоги покалечили статное здание, которое к моменту вступления в должность нынешнего главы города Александра Ходырева было еще практически целым.

Вектор действий руководства города в отношении усадьбы, к сожалению, не может восприниматься иначе как разрушительный.

Но обо всём по порядку.

Главный дом

Первым владельцем главного усадебного дома является предположительно Фёдор Фёдорович Пантелеев.

Главный дом усадьбы Лапино-Спасское. Южный фасад. Фото Е. Рыбака, февраль 2014 года

Московский купеческий, потом дворянский род Пантелеевых владел шёлковой фабрикой в столичной Рогожской слободе. Полотняная фабрика в Лапине была приобретена в 1803 году отцом Ф.Ф. Пантелеева, Фёдором Пантелеевичем, в надежде на то, что она также будет переделана в шёлковую. Однако прошение по этому поводу не было удовлетворено, и переоборудование – правда, в фабрику бумаготкацкую – состоялось гораздо позже, уже при Фёдоре Фёдоровиче.

Фёдор Пантелеевич оставил о себе память не только как изобретатель отечественной жёлтой краски для тканей, но и как прогрессивно мыслящий предприниматель, давший вольную многим фабричным работникам.

Его сын развивал дело и, вероятно, стал устроителем усадьбы, расположенной на берегу Клязьмы.

Космодамианский храм в Болшеве (Королёв), где похоронены Пантелеевы, и памятная доска над захоронением. Фото М. Мироновой, январь 2021 года

Кирпичный трёхэтажный дом с белокаменным декором специалисты считают любопытным образцом применения позднеклассических форм в несколько упрощённой трактовке. Его строительство принято относить к середине XIX века.

Необычное расположение здания – торцом к реке вместо традиционного обращения к ней парадным фасадом – объясняется, возможно, тем, что владелец желал обозревать с верхнего этажа свою фабрику, построенную неподалёку.

Южный фасад декорирован пилястрами тосканского ордера, портик завершён фронтоном, и всё это – с щедрым использованием белого камня.

Главный дом усадьбы Лапино-Спасское: пилястровый портик южного фасада. Фото Е. Рыбака, февраль 2014 года

Как видно по фотофиксации Королёвского отделения ВООПИиК, зимой 2013–2014 года пустовавшее здание было все ещё практически «здоровым» и для постройки середины XIX века, несмотря на битые стёкла, чувствовало себя сравнительно неплохо.

В сентябре 2014 года разразился скандал: члены ВООПИиК выяснили, что главный дом усадьбы Лапино-Спасское в буквальном смысле этого слова превращён в один большой сортир рабочими из Средней Азии, работавшими на строительстве детского сада по соседству. История наделала много шуму, но на весь этот шум глава города Александр Николаевич Ходырев и вся его администрация ответили красноречивым гробовым молчанием. Не было обещаний взять ситуацию под контроль, не было деклараций о заботе об историческом наследии.

А в конце мая 2015 года в главном доме произошёл многодневный пожар, нанёсший зданию ощутимый ущерб.

Главный дом усадьбы Лапино-Спасское после пожара, северный фасад. Фото Е. Рыбака, май 2015 года

Здесь стоит сделать небольшое отступление под рубрикой «Это интересно». Ещё до пожара, 26 января 2015 года, главный дом усадьбы Лапино-Спасское (микрорайон Первомайский, улица Советская, 13) был снят с кадастрового учёта. Снятие с кадастрового учёта осуществляется в случаях, когда здание, например, полностью утрачено или подверглось такой основательной перестройке, что из одного объекта получилось, допустим, два. Между тем, пожар главному дому ещё только предстоял через несколько месяцев, а каких-либо ремонтных или строительных работ на нём не производилось в помине. Позднее здание было вновь поставлено на учёт и 23 октября 2015 года оформлено в муниципальную собственность.

В декабре 2015-го и июле 2016-го пострадавшее от пожара здание выставлялось на торги по вялотекущей Губернаторской программе «Усадьбы Подмосковья». Оба аукциона закончились безрезультатно, что совсем не удивительно, ибо проводить такие аукционы при отсутствии желающих – занятие абсолютно бессмысленное. И сама Губернаторская программа в целом построена словно нарочно таким образом, чтобы желающих нашлось как можно меньше. Если вдруг, случайно, отыщется российский бизнесмен с повышенной социальной ответственностью, он должен будет за 7 лет отреставрировать памятник, одновременно выплачивая стоимость аренды по рыночной ставке, и лишь затем ему в награду даруют аренду в 1 рубль за каждый квадратный метр на следующие 42 года. Это, несомненно, придётся бизнесмену очень кстати, потому что реставрация и аренда в первые семь лет хорошенько его разорят. Можно резюмировать: главным препятствием в реализации Губернаторской программы «Усадьбы Подмосковья» является отсутствие наивных предпринимателей, не понимающих, во что они ввязываются.

Вид на Клязьму с территории усадьбы. Фото М. Мироновой, октябрь 2020 года

После бесплодных аукционов, в октябре 2016 года, в СМИ промелькнуло сообщение: «Главный дом усадьбы Лапино-Спасское, который сейчас находится в полуразрушенном состоянии, предоставили в безвозмездное пользование храму Смоленской иконы Божией Матери. Организация планирует восстановить строение и организовать здесь домовый храм, воскресные школы для детей и взрослых, а также выделить помещение под проведение епархиальных библейско-богословских курсов».

Надежда загорелась и быстро погасла: главный дом, как и прежде, стоял под ветрами и дождями, и признаков новой жизни в нём так и не появилось.

На его участке проводились субботники: вначале членами ВООПИиК совместно с Госадмтехнадзором, затем – так называемые «культурные» субботники, однако собственник – муниципалитет города Королёва – по-прежнему не обнаруживал интереса к зданию, где когда-то размещались детский сад и школа.

21 и 23 августа 2020 года главный дом усадьбы купцов Пантелеевых снова горел, хотя гореть в нём было уже нечему.

Главный дом усадьбы Лапино-Спасское после очередного пожара. Фото И. Гришина, август 2020 года

Фото М. Мироновой, август 2020 года

Усадьба Оганесян?

Пожары – не единственная угроза для главного дома усадьбы Лапино-Спасское.

Изучение и анализ документов дают другие поводы для беспокойства.

…16 ноября 1999 года был поставлен на кадастровый учёт некий земельный участок площадью 834 м2.

22 ноября 1999 года его собственником становится Российская Федерация. И в тот же день, 22 ноября 1999 года, эти 8 с небольшим соток переходят в собственность Рузанны Гарегиновны Оганесян. То есть единственной причиной, побудившей Российскую Федерацию оформить этот участок, было стремление немедля избавиться от него, уступив его Рузанне Гарегиновне.

Нельзя не отметить про себя тот факт, что события происходили ровно в тот момент, когда в Московской области шли выборы губернатора: Анатолий Степанович Тяжлов уступал дорогу Борису Всеволодовичу Громову. Это было ясно всем, и в первую очередь самому Тяжлову. В декабре 1999 года он выборы предсказуемо проиграл.

Учитывая эти обстоятельства, можно предположить, что история с восемью сотками Рузанны Гарегиновны – это лишь капля в море скоропостижных оформлений земельных участков на территории Московской области под занавес правления Тяжлова в ноябре–декабре 1999 года.

При чём тут главный дом усадьбы Лапино-Спасское?

Конкретные границы вышеуказанного земельного участка не установлены, определённого адреса у него до сих пор нет. Однако местоположение 8 с хвостиком соток указано относительно ориентира, расположенного в границах участка. И адрес этого ориентира – Королёв, микрорайон Первомайский, улица Советская, 13. Это адрес памятника – главного дома усадьбы Лапино-Спасское.

Возможное местоположение (визуализация) земельного участка Р. Г. Оганесян. Выполнена И. Гришиным. Конфигурация участка может быть любой, данная представлена как пример

Таким образом, может статься, что усадьба Пантелеевых – уже вовсе не Пантелеевых, а Рузанны Гарегиновны Оганесян. Допускаю, впрочем, что в этой истории Рузанна Гарегиновна – не только не единственное, но и вообще не главное действующее лицо.

Гипотетически в один непрекрасный день госпожа Оганесян может заявить о своих правах в суде. Правда, тогда ей придётся предъявить суду и свой одноэтажный дом, якобы расположенный на том же участке. Насколько эфемерны подобные притязания, сейчас сказать сложно. Но можно с полным правом счесть неполезным для памятника архитектуры фигурирование в Росреестре в качестве «ориентира, расположенного в границах» частных владений.

Мало этого.

0,4 гектара и памятник

5 декабря 2016 года был выделен земельный участок площадью 4197 м2. 15 февраля 2018 года он был оформлен в муниципальную собственность. В документах отмечено, что в его пределах расположен объект недвижимости с кадастровым номером 50:45:0020203:106 – это главный дом усадьбы Лапино-Спасское после повторной постановки его на кадастровый учёт. Особые отметки по поводу земельного участка отсутствуют.

Таким образом, сформированный в 2016 году участок включает в себя и руинированный памятник, и «нанизанный» на него участок-призрак, принадлежащий Рузанне Гарегиновне.

Местоположение четырёх десятых гектара указывается как «улица Советская, в районе дома 5». Это мелочь. Но нет ничего важнее мелочей.

И в данном случае важно не столько то, как был привязан участок, сколько то, как он привязан не был.

Очевидно, что участок, включающий в себя кирпичное трёхэтажное здание-памятник, да к тому же муниципальное, да к тому же на практически свободной территории, должен был получить не просто «местоположение», а конкретный адрес – микрорайон Первомайский, улица Советская, 13.

Между тем эта очевидная привязка не состоялась, и вместо неё появилась туманная привязка «… в районе дома 5».

Опыт Королёвского отделения ВООПИиК показывает, что подобные игры с адресами нередко устраиваются в интересах нового строительства вблизи памятников.

Кроме того, видом разрешённого использования нового участка является «обслуживание жилой застройки, для иных видов жилой застройки». И это также может оказаться первым маленьким шагом к освоению крупного участка сверхприбыльным строительством жилья.

Присутствие главного здания усадьбы на земельном участке хоть и обозначено в графе «Кадастровые номера расположенных в пределах участков объектов недвижимости», но в целом расклад не в пользу объекта культурного наследия, особенно в свете то и дело происходящего самовозгорания этого самого объекта.

Дом Рабенека (Ценкера)

С него начали уничтожение усадьбы Лапино-Спасское.

Это здание также стояло перпендикулярно ленте Клязьмы, к юго-западу от главного дома. Оно было возведено в 1890-е годы по проекту А.Э. Эрихсона в стиле модерн на средства купеческого семейства Ценкеров. Рабенеку его приписали в связи с тем, что лапинские земли занимала фабрика Товарищества Франца Рабенека, и под названием «Дом Рабенека» деревянное здание было поставлено на государственную охрану.

Дом Рабенека (Ценкера). Фотофиксация «Союзреставрации», 1985 год

Разновысотные объёмы дома гармонично соединялись в развитую ассиметричную композицию, завершающуюся фигурными кровлями. При строительстве использовались элементы шинуазри и ложного фахверка. Резные детали дополняли образ и повышали художественную ценность постройки.

В советское время Дом Рабенека (Ценкера) был отдан под жильё рабочим прядильной фабрики. Уникальное здание без должного ухода приходило в упадок, но всё ещё сохраняло свою красоту, хотя и тронутую временем и следами длительной эксплуатации.

В 2006 году жильцы получили желаемое расселение, дом был покинут и оставлен без присмотра.

Дом Рабенека (Ценкера) незадолго до пожара. Источник: https://korolew.livejournal.com/1274.html

Краеведы и музейные работники многократно просили руководство города проявить участие в судьбе здания, поставить его на охрану физически, чтобы не допустить его гибели. Тогдашний глава города Александр Морозенко этим призывам не внял.

В ночь на 21 июля 2008 года произошла одна из самых крупных трагедий в истории архитектуры Московской области как минимум: Дом Рабенека (Ценкера) был заметно повреждён пожаром. И он стал первой руиной в комплексе усадьбы Лапино-Спасское.

Руинированный Дом Рабенека (Ценкера), южный фасад и уцелевшая деталь декора. Фото Е. Рыбака, февраль 2014 года

Но и будучи руиной, он оставался памятником, несмотря на попытки снять с него этот статус.

В конце 2014 года, когда градоначальником стал Александр Николаевич Ходырев, здание было немедленно добито: его снесли, не оставив и следа.

Сейчас на пустом участке растёт сорная поросль.

Буйная поросль на месте полностью уничтоженного Дома Рабенека (Ценкера). Фото М. Мироновой, август 2020 года

Юридически дом по-прежнему памятник, и его воссоздание необходимо для сохранения архитектурного ансамбля в целом, но о его воскрешении ничего не слышно. Хотя декларативные заявления о том, как много внимания городские власти уделяют сохранению наследия, регулярно звучат в соответствующих пиар-источниках.

Инстаграм Александра Ходырева. Заявления о неустанной заботе о реестровых объектах культурного наследия

Дом жилой

По состоянию на февраль 2013 года ещё один памятник в составе усадьбы – Дом жилой – – находился в сравнительно хорошем состоянии. Здание на тот момент пустовало, хотя в течение многих лет до этого было востребовано и использовалось под детские ясли, а потом – под музыкальную школу.

Дом жилой. Фото М. Мироновой, февраль 2013 года

Сохранялся не только кирпичный нижний этаж, построенный в неоренессансных формах, но и смело сочетающаяся с ним ассиметричная деревянная мансарда в стиле модерн, хоть в последние годы она и была обезображена пластиковыми окнами, заменившими оригинальные оконные заполнения.

Дом жилой. Фотофиксация «Союзреставрации», 1985 год

Весной 2013 года на памятнике началась вандальная реставрация. Официально она заявлялась как реконструкция по Губернаторской программе «Наше Подмосковье»: такая информация с видимой корректировкой первоначального пояснения транслировалась на вывешенном баннере.

Баннер на объекте. Фото М. Мироновой, апрель 2013 года

В ходе этих работ оригинальная мансарда была полностью уничтожена. Фигурные кронштейны с точёными деталями пропали.

Дом жилой усадьбы Лапино-Спасское со снесённой мансардой. Фото М. Мироновой, апрель 2013 года

Построенный затем новодел даже не пытался сколько-нибудь серьёзно мимикрировать под историческую часть здания. Даже беглое сравнение оригинала и его «версии», возникшей в ходе «реконструкции», показывает обнищание объекта в части декоративных деталей из дерева.

Дом жилой после реконструкции, восточный фасад. Фото М. Мироновой, август 2020 года

В здании снова размещается детский сад. С дошкольным образовательным учреждением Главное управление культурного наследия Московской области (ГУКН) подписало охранное обязательство. Однако внешний вид говорит о выморачивании объекта: практически ни одна водосточная труба не выполняет свою миссию – собирать воду с крыши. И кое-где мы уже видим пагубные последствия этого.

Современное состояние здания: сломанные водосточные трубы, повреждение наличника на главном фасаде. Фото М. Мироновой, август 2020 года

Большая смотровая терраса

На Клязьму выходят два сооружения усадьбы, аналогов которым, по оценке историка архитектуры Сергея Мержанова, почти не сохранилось в отечественной архитектуре. Это подпорные стенки смотровых террас, построенные в начале XX века из кирпича и отделанные белым камнем (Мержанов С. Усадьбы села Болшево и его окрестностей // Подмосковный летописец. 2011. № 2. С. 54–64).

Так называемая Малая смотровая терраса, скорее всего, была просто фонтаном. Но Большая смотровая терраса, также включавшая в себя фонтан с небольшим бассейном, совершенно точно служила местом обозрения прекрасных видов, открывавшихся на реку и растущий вдали лес (ныне противоположный берег застраивается).

Вид с Большой смотровой террасы и мусор, оставленный любителями выпить за здравие русской усадьбы. Фото М. Мироновой, август 2020 года

Полукруглые смотровые площадки были построены в начале XX века. С. Мержанов отмечает, что сооружения выполняли несколько задач, и одной из них являлось, безусловно, укрепление берега.

Подпорная стенка Большой смотровой террасы ныне находится в аварийном состоянии.

Разлом в подпорной стенке Большой смотровой террасы. Фото М. Мироновой, август 2020 года

Весной и летом 2019 года в Лапине-Спасском, вблизи главного дома активно проводились «культурные субботники». Очищалась территория от разнообразного мусора, уничтожались заросли борщевика и сорная поросль клёна ясенелистного. Всё это сопровождалось публикациями в СМИ для привлечения внимания к бедственному положению памятника.

К сожалению, кто-то не сумел вовремя остановиться. И в мае-июне 2019 года на самой террасе были спилены живые тополя, посаженные по её контуру. До этого в соцсетях многократно озвучивалась информация, что корни деревьев разламывают подпорную стенку, «разрывают её изнутри» и представляют опасность для сооружения.

Спиленные тополя на Большой смотровой террасе, фото М. Мироновой, июнь 2019 года

Эти действия, совершённые на памятнике без должного анализа ситуации и оценки экспертов, без разработанного плана противоаварийных работ, Королёвское отделение ВООПИиК считает рискованными и способными привести к последствиям, противоположным тем намерениям, с которыми, очевидно, всё это делалось.

Знакомство с фотофиксацией 1985 года позволяет увидеть, что на подпорной стенке уже 35 лет назад имелись крупные разломы. А это значит, что спиленные сейчас тополя не могли стать первым и единственным фактором разрушения.

Изучение материалов рисует несколько иную картину причинно-следственной связи негативных изменений, произошедших с течением времени в корпусе Большой смотровой террасы.

Как уже говорилось, одной из целей строительства террасы в начале XX века было укрепление берега. При этом нельзя не обратить внимание на то, что Большую смотровую террасу устроили ровно по продольной оси главного усадебного дома. Со стороны его восточного торцевого фасада рельеф довольно резко понижается к реке, и подпорная стенка служила преградой, сдерживающей естественные склоновые процессы. Ещё прежде зодчие XIX века, очевидно, учитывали наличие этих процессов и рассчитали расстояние от реки, на котором допускалось возвести кирпичное трёхэтажное здание торцом к ней. Но укрепление склона со стороны Клязьмы было всё же очень желательным, и его произвели спустя несколько десятилетий.

В советское время здание решили перестроить: детскому саду, размещённому здесь, понадобилось помещение под хозяйственные нужды. Не нашли ничего лучше, как реализовать эту идею в виде двухэтажной пристройки со стороны Клязьмы. Это привело к дополнительной физической нагрузке на склон, и, если трещины в подпорной стенке к этому времени уже имелись, они превратились в разломы.

Главный дом, вид на северный фасад. Слева – пристройка к восточному торцевому фасаду, выходящему к реке. Фото М. Мироновой, октябрь 2020 года

В какой-то момент процесс стал необратимым. Но, поскольку здание и его участок всё ещё эксплуатировались, с этим надо было что-то делать.

Успешной практикой укрепления склонов издавна являлась высадка деревьев. И тогда прямо по краю Большой смотровой террасы посадили тополя – одну из самых популярных культур, использующихся в этих целях. Это не было актом благоустройства, это были противоаварийные меры. О сохранении памятника как такового никто не думал: нужно было исправлять ситуацию.

Корни быстрорастущих деревьев укрепили мыс террасы. Они внесли свою лепту в разрушение подпорной стенки, однако замедлили деградацию в целом.

Кроме того, корни поглощали из почвы излишнюю влагу. Таким образом, есть основания опасаться, что уничтожение тополей не только не остановит процесс разрушения подпорной стенки, но и ускорит его.

Вид на Клязьму со стороны усадьбы. Фото М. Мироновой, октябрь 2020 года

«Картина маслом»

Хроника изменений состояния архитектурного комплекса даёт понимание того, что памятник систематически утилизируют: мы видим классическую картину ликвидации объекта культурного наследия.

Нет необходимости в мифических инвесторах, когда у зданий и земли есть хозяин, этим хозяином является город Королёв. И всё, что требуется, – это рутинная забота о собственности.

Охранное обязательство должно было быть составлено не только на Дом жилой, но и на главный дом усадьбы, и даже на Дом Рабенека (Ценкера), и подписано с муниципалитетом. Городские власти в этом случае были бы мотивированы на поиск средств для возвращения усадьбе человеческого облика. То, что ныне такой мотивации нет – ни правовой, ни моральной – видно по текущей ситуации. А бездействие – тоже действие.

Когда поджигают такие здания, как главный дом Лапина-Спасского, мы должны понимать: горит не что-нибудь – горит и разрушается муниципальное имущество. То есть сейчас мы наблюдаем то, как администрация города под руководством А. Н. Ходырева управляет нашей общей собственностью: ещё в 2014 году здание подлежало относительно несложному ремонту (реставрации) и могло быть с успехом, без гигантских финансовых затрат, приспособлено под новые цели. За 6 лет оно стало руиной, его активно стирают с лица земли. Стоимость его как имущества рухнула, стоимость его реставрации (содержания как памятника) резко подскочила вверх.

Наша общая собственность уничтожается, чтобы на этом пепелище выросла чья-то персональная многоэтажная прибыль. Ибо если памятники поджигают – значит, это кому-нибудь нужно.

Мария Миронова,

председатель совета Королёвского отделения ВООПИиК

При иллюстрировании статьи использована фотофиксация Королёвского отделения ВООПИиК, произведённая в 2014–2020 годах


Правительство Московской области вывело под застройку 300 гектаров охранных зон усадьбы «Архангельское»

Минкультуры России согласовало незаконный проект вопреки поручениям президента, позиции экспертов и общественности

Беспрецедентная по своим масштабам легализация незаконной застройки охраняемых земель проведена в период карантина и в режиме спецоперации. Под угрозой – знаменитые панорамы со смотровой площадки на долину Москвы-реки, уникальный усадебный театр Гонзаги, часть исторического парка, а также перспективы развития музея.

Что произошло

22 мая Министерство культуры Российской Федерации согласовало новый проект зон охраны усадьбы «Архангельское» и рекомендовало областным властям «откорректировать» предмет охраны усадьбы в сторону его сокращения. Минкультуры проигнорировало все возражения и предложения Общественного совета при министерстве, научных комитетов ИКОМОС, Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК), советника президента Российской Федерации по культуре В.И. Толстого. Проект обрезания зон охраны одобрили лишь три аттестованных минкультом эксперта из г. Тулы и г. Воронежа, двое из которых не имеют профильного образования.

26 мая 2020 года Правительство Московской области приняло постановление № 282/15 «Об установлении зон охраны объекта культурного наследия федерального значения «Ансамбль усадьбы «Архангельское», XVII — начало XX века», расположенного по адресу: Московская область, городской округ Красногорск, поселок Архангельское и об утверждении требований к градостроительным регламентам в границах территорий данных зон».

Однако само постановление появилось на официальных ресурсах лишь вечером 3 июня, после проведенной чиновниками пресс-конференции, где они попытались «подготовить» общественное мнение, используя откровенную ложь.

Как следует из текста постановления, им устанавливаются новые границы и режимы зон охраны усадьбы (зоны регулирования застройки и зоны охраняемого ландшафта), причем непосредственно охранная зона объекта культурного наследия ликвидируется как таковая. Почти 300 га охраняемых территорий, где по старым режимам строительство запрещено, переведены в режимы зоны регулирования застройки либо вовсе выведены за пределы зон охраны. Действовавшие с 2001 года границы территории и зон охраны усадьбы отменены.

При этом принятое постановление не устанавливает саму территорию усадебного ансамбля, а только лишь поручает Главному управлению культурного наследия Московской области ее разработать и утвердить. Таким образом, с сегодняшнего дня особо ценный объект культурного наследия лишен всякой правовой защиты: старые границы территории и режимы их использования отменены, а новые даже еще не разработаны.

Одновременно зоны охраны усадьбы исчезли с публичной кадастровой карты (официальный ресурс Росреестра), что развязывает руки застройщикам.

Постановление составлено в спешке и юридически безграмотно, содержит множество внутренних противоречий и создает новые правовые коллизии и предметы для споров. Независимая антикоррупционая экспертиза документа выявила в нем многочисленные коррупциогенные факторы.

Утвержденный проект ставит под угрозу ценные исторические и природные ландшафты. На обширных участках, которые до настоящего времени были расположены в границах территории, охранной зоны и зоны охраняемого ландшафта усадьбы «Архангельское», устанавливается зона регулирования застройки (ЗРЗ) или они вовсе исключаются зон охраны, что позволит вести на них неограниченное строительство.

1) Из территории ансамбля усадьбы «Архангельское» вырезается территория т.н. усадьбы Архангельское-Воронки, парка с прудами, который с XVIII века и до сегодняшнего дня является частью единого архитектурно-паркового комплекса.

2) Из границ территории ансамбля усадьбы исключается 18 элементов его предмета охраны в районе Воронков и Горятина, а на их месте устанавливаются регламенты зоны регулирования застройки, допускающие строительство до 12 м. Согласование Министерства культуры и принятое постановление Правительства Московской области содержат требования о дальнейшей корректировке предмета охраны, то есть попросту его сокращении.

Утвержденный предмет охраны усадьбы в Воронках и Воронковское городище

3) Режим зоны регулирования застройки распространяется прямо на территорию объекта археологического наследия федерального значения – Воронковского городища, ранний железный век, 3-я четв. I-го тыс. н.э., принятого под охрану Указом Президента России от 20.02.1995 № 176. Для данного объекта не выделяется самостоятельная территория и специальный правовой режим, что может привести к его утрате.

4) Легализуется застройка берега Верхнего Горятинского пруда – одного из самых живописных уголков усадьбы. Береговая зона пруда с исторической обсадкой липами была незаконно захвачена и застроена высокопоставленными сотрудниками Министерства обороны вопреки утвержденным режимам памятника, однако вместо сноса самовольных построек и незаконных заборов – они просто выводятся из территории объекта.

Незаконный захват берега Горятинского пруда с исторической аллеей

5) По целому ряду таких участков имеются вступившие в законную силу решения судов, отменившие проекты строительства на них или признавшие объекты самовольными постройками. С такими исками ранее в суд обращались Министерство культуры, музей-усадьба, Росимущество, прокуратура, местные жители, всего в пользу усадьбы были приняты решения по 30 процессам.

Незаконные постройки в охранной зоне вдоль усадебного парка в Воронках, ближние к парку постройки по решениям судов подлежат сносу, однако проект их легализует

В частности, суды признали незаконной вырубку почти тысячи деревьев т.н. Аллеи ветеранов в охранной зоне вдоль Ильинского шоссе. Липы, дубы и вязы были вырублены по заказу Вадима Задорожного, которому надо было освободить участок для строительства бизнес-центра от ЛЭП – и он решил перенести ее в охранную зону памятника. Теперь Вадим Задорожный уже в роли директора музея-усадьбы «Архангельское» выводит данный участок из охранной зоны.

6) Здесь же, не дожидаясь вступления в силу нового постановления, гипермаркеты «Глобус» и «Леруа Мерлен» уже начали сооружение выездов на Ильинское шоссе, что сильно увеличит транзитный трафик через территорию усадьбы, мимо хрупкого театра Гонзаги.

7) Соседнее поле площадью 20 га (участок с кадастровым номером 50:11:0050603:423) в 2011-2013 годах музей-усадьба отсудил у Министерства обороны, признав незаконным распоряжения министра Сердюкова о его продаже и даже сделку купли-продажи. По решению Высшего Арбитражного Суда и в соответствии с постановлением Правительства РФ № 388 оно должно быть передано музею. Это единственный участок, где музей мог бы разместить парковки и необходимую музейно-туристическую инфраструктуру, однако теперь он выводится из зон охраны без каких-либо ограничений на застройку. На нем предполагается размещение станции метро и других объектов, необходимых для застройки Захарковской поймы многоэтажным городом «Рублево-Архангельское» (проект Г. Грефа).

8) Сам Захарковский луг площадью более 50 га, расположенный в охранной зоне и зоне охраняемого природного ландшафта, который находится в прямой визуальной связи с усадьбой, также выводится за границы зон охраны, то есть на нем допускается неограниченное строительство.

9) Под застройку выводятся территории озелененных парковых участков в охранной зоне усадьбы к северу от Ильинского шоссе в районе пос. Горки-6 (устанавливается ЗРЗ-3). Застройка этих участков уничтожит парковый характер подъезда к усадьбе по Ильинскому шоссе со стороны д. Глухово, а также поставит под угрозу сохранившиеся постройки и парковые насаждения усадьбы «Нагорное». По одному из объектов незаконного строительство на данной территории имеется решение суда об отмене разрешения на строительство.

10) Под застройку выводятся территории лесопарковой территории в охранной зоне, примыкающих к Новорижскому шоссе с юга, в истоке Михалковского ручья, питающего р. Горятинку (Вороний Брод), на которой расположены усадебные пруды (устанавливается ЗРЗ-5).

11) Под застройку выводятся территории участков на Воронковском (Гороховом) поле в охранной зоне между Новорижским и Ильинским шоссе (устанавливается ЗРЗ-7). Зона регулирования застройки устанавливается прямо по границе усадебного парка, с захватом его кромки.

На данном участке проектом легализуются самовольные постройки в охранной зоне, по которым приняты вступившие в законную силу решения судов об их сносе, самозахват трассы Старой Московской дороги и части усадебного парка.

Также под масштабную застройку торгового, административного и технического назначения предлагается вывести три участка общей площадью около 9 га, по которым по искам музея и Минкультуры были расторгнуты договоры аренды, отменены проекты застройки, а два участка переданы в пользование музея-усадьбы «Архангельское».

12) В зону регулирования застройки переводится часть высокого берегового склона Архангельской рощи – старейшей части усадебного парка.

13) Под застройку выводится масштабный участок зоны охраняемого ландшафта на правом берегу Москвы-реки в районе деревни Раздоры (устанавливается ЗРЗ 26-44). Регламенты ЗРЗ допускают застройку прибрежной зоны (в 40 метрах от русла Москвы-реки) и парка исторической усадьбы «Поповка», которые формируют наиболее значимое видовое раскрытие со смотровой площадки усадьбы в юго-восточном направлении.

Московское областное отделение ВООПИиК считает решение о сокращении зон охраны усадьбы «Архангельское» противозаконным, принятым вопреки интересам сохранения объекта культурного наследия, требует от властей его пересмотра и отмены и будет этого добиваться.

Предыстория

В 2019 году по заказу Государственного музея-усадьбы «Архангельское» был разработан новый проект зон охраны (стоимость госконтракта составила 4 млн. рублей). Проект был разработан НИиПИ Генплана г. Москвы (мастерская Д. Верховского) и предполагал вывод под застройку более 500 га охраняемых земель.

Впервые в истории отечественной охраны наследия инициатором сокращения зон охраны выступили не застройщики, а музейное учреждение, которому вверена охрана и защита этих территорий.

Проект был разработан в полной секретности, не проходил никаких обсуждений на экспертных площадках минкультуры. Историко-культурная экспертиза проекта была выполнена экспертами, привлеченными из других регионов: А.А. Домбровским (г. Воронеж), О.В. Дорохиной (г. Тула), О.Н. Карандашовой (г. Тула).

Во время общественного обсуждения экспертизы вместо проекта зон охраны усадьбы «Архангельское» на сайте Главного управления культурного наследия Московской области был размещен проект зон охраны Братской могилы советских воинов, расположенной в Волоколамском районе.

Данный проект был согласован Министерством культуры России 6 декабря 2019 г.

В декабре 2019 г. был опубликован проект постановления Правительства Московской области о его утверждении.

Всероссийское общество охраны памятников истории и культуры направило мотивированные возражения на данный проект вице-премьеру, председателю попечительского совета музея-усадьбы «Архангельское» Д.Н. Козаку, в Администрацию Президента, Минкультуры России, Правительство Московской области и другие инстанции.

12 декабря 2019 г. вице-премьер Д.Н. Козак поручил Правительству Московской области и Минкультуры России до 1 марта 2020 г. проработать с учетом изложенных замечаний проект постановления Правительства Московской области и организовать проведение дополнительного общественного обсуждения доработанного проекта.

Местными жителями, активистами движения Мортонграду.нет и ВООПИиК были проведены многочисленные пикеты у Минкультуры России, в Архангельском, Ильинском и других населенных пунктах с требованием отозвать согласование преступного проекта; было проведено обсуждение проекта на разных площадках, в том числе на совместном заседании научных комитетов Российского комитета ИКОМОС; были направлены сотни писем во все инстанции с требованиями спасти Архангельское.

Благодаря сплоченной позиции местных жителей и экспертного сообщества преступный проект не был утвержден в декабре 2019 г., как это планировалось изначально, однако и не был официально отклонен, в апреле 2020 года появилась экспертиза на «доработанную» версию проекта.

Под давлением ВООПИиК и местных жителей территория Ильинской поймы была возвращена в зону охраняемого природного ландшафта, деревня Захарково возвращена в зону регулирования застройки, а территория парка Победы в пос. Архангельское включена в зону охраняемого ландшафта. В остальном проект не претерпел практически никаких изменений.

Общественное обсуждение экспертизы нового проекта и антикоррупционная экспертиза проекта постановления Правительства Московской области были организованы в период карантина, чтобы избежать протестных акций. Сотни замечаний и возражений, направленных на данные документы, были отклонены.

Новый проект также не рассматривался на научно-методических советах при Минкультуры России и Главном управлении культурного наследия МО, что является беспрецедентным случаем, когда столь значимые проекты не проходят вообще никакого коллегиального экспертного обсуждения.

Позиция научных комитетов ИКОМОС, ВООПИиК и Общественного совета при Минкультуры России была проигнорирована.

Проигнорирована и позиция Президента и даже его прямые поручения.

Такой подход прямо противоречит позиции Президента России Владимира Путина, который публично заявил о том, что необходимо «сохранить Архангельское в первозданном виде и так, как считают это нужным сделать специалисты».

Необходимо отметить, что поручением Президента РФ от 20.08.2012 № Пр-2217 Правительству Российской Федерации и Правительству Московской области было предписано обеспечить соблюдение установленных режимов зон охраны ансамбля усадьбы «Архангельское», однако вместо этого Министерством культуры и правительством Московской области были допущены и легализованы массовые нарушения.

Стоит сказать, что данный проект принимался под ширмой заботы о местных жителях, строительства школ и необходимости развития музея, однако в реальности принятый документ, напротив, заблокирует дальнейшее развитие музея-усадьбы «Архангельское», сделает невозможным реализацию концепции его развития, создания музейной инфраструктуры; значительно усугубит транспортную ситуацию в данном районе; ухудшит качество жизни местных жителей и снизит доступность социальной инфраструктуры.

Справочно

Ансамбль усадьбы «Архангельское» был принят под государственную охрану как объект культурного наследия федерального значения постановлением Совета министров РСФСР от 30 августа 1960 г. № 1327 «О дальнейшем улучшении дела охраны памятников культуры в РСФСР (Приложение 1) и указом Президента Российской Федерации от 20 февраля 1995 г. № 176 «Об утверждении перечня объектов исторического и культурного наследия федерального (общероссийского) значения».

Границы территории и зон охраны Ансамбля усадьбы «Архангельское» утверждены постановлением Правительства Московской области от 30.05.2001 № 156/18 (с изменениями от 20.05.2013 № 331/19), их обоснованность и соответствие действующему законодательству неоднократно подтверждены Верховным и Высшим Арбитражным судами.

Зоны охраны внесены в ЕГРН, отображены на публичной кадастровой карте, в документах территориального планирования и градостроительного зонирования.

Таким образом, Архангельское являлось едва ли не самым защищенным объектом культурного наследия в Подмосковье. Новое постановление ломает эту защиту.

С начала 2000-х гг. происходили постоянные попытки сокращения утвержденных зон охраны усадьбы «Архангельское» и застройки охраняемых территорий. За прошедшие годы были выиграны около 30 судебных процессов в защиту усадьбы, в том числе, судебные споры с Министерством обороны, Правительством Московской области, структурами ГК «Ренова» Виктора Вексельберга, администрацией Красногорского района, Музеем техники Вадима Задорожного.

Все проекты сокращения зон охраны, которые появлялись с периодичностью раз в два года, усилиями общественности отклонялись на той или иной стадии. За прошедшие годы от застройки были спасены рощи пейзажного парка за театром Гонзаги (Юсуповский парк, который был благоустроен и открыт для посещения под давлением ВООПИиК), Лохин остров и Ильинская пойма, Косыгинский парк и Парк Победы в пос. Архангельское и многие другие территории.

До прихода в минкультуры министра Владимира Мединского и смены дирекции музея местные жители, музей-усадьба и министерство культуры выступали в защиту памятника единым фронтом, что позволило не только остановить застройку зон охраны, но и оформить в пользование музея почти всю заповедую территорию.

Однако с 2013 года министерство культуры и новое руководство музея (Андрей Бусыгин, а затем Вадим Задорожный, имеющий прямой конфликт интересов с усадьбой) начали проводить политику отказа от ряда территорий.

Фотографии активистов движения «Мортонграду.нет» и ВООПИиК. Фото на обложке — Вадим Разумов